Отказ в страховой выплате

 

Отказ в выплате - фактическое поведение и юридическая конструкция. Из текста норм гл. 48 ГК РФ видно, что при наличии договора страхования страховщик может отказать в выплате в трех принципиально различных ситуациях:

1) если страховой случай не наступил и (или) размер убытков не подтвержден (ст. ст. 929, 934);

2) страховой случай наступил, но страховщик освобождается от выплаты (п. 3 ст. 962, п. 1 ст. 963, ст. 964, п. 4 ст. 965);

3) страховой случай наступил, но страховщик имеет право отказать в выплате (п. 2 ст. 961).

Таким образом, одно и то же фактическое поведение - отказ в выплате - может юридически описываться тремя различными конструкциями. При этом юридическая природа двух из этих конструкций достаточно ясна. Первая конструкция характеризует ситуацию, когда страховой случай не наступил или, точнее сказать, его наступление не доказано и отсутствует сама обязанность "платить по наступившему страховому случаю", а вторая - ситуацию, когда страховой случай наступил и обязанность платить имеется, но реализована возможность одностороннего отказа от исполнения обязательства, предусмотренная ст. 310 ГК РФ.

Юридическая же природа второй конструкции не так очевидна. Ясно, что и в этой конструкции речь идет о наступившем страховом случае, но наличие определенных сопутствующих ему обстоятельств освобождает страховщика от выплаты. Не ясна лишь правовая природа этого освобождения. Однако из контекста перечисленных норм ГК РФ ясно, что законодатель совершенно сознательно использовал в тексте норм разные конструкции - "право отказать в выплате" и "освобождение от выплаты". Следовательно, первый вывод, который можно сделать: освобождение от выплаты не тождественно отказу в выплате как одностороннему отказу от исполнения возникшего обязательства, который предусмотрен в ст. 310 ГК РФ.
Если так, то освобождение от выплаты не может быть не чем иным, как прекращением обязательства страховщика в части данной выплаты, поскольку это единственная конструкция, позволяющая не производить выплату при наличии обязательства и в отсутствии оснований для одностороннего отказа от его исполнения. Это косвенно подтверждает и ст. 415 ГК РФ, в которой освобождение от обязанности прекращает обязательство.

Таким образом, вторую конструкцию, использованную в ст. ст. 962 - 965 ГК РФ, следует истолковывать как прекращение обязательства страховщика "платить по наступившему страховому случаю". При этом, если застрахованный интерес при наступлении страхового случая не исчез, обязательство "платить при наступлении страхового случая" не прекращается и защита сохраняется.
Суды, к сожалению, путают конструкции "право отказать в выплате" и "освобождение от выплаты" (Постановление ФАС Московского округа от 19 декабря 2002 г. N КГ-А40/8171-02), несмотря на то что имеется важное различие в последствиях применения указанных конструкций.

Право отказать в выплате означает, что при наличии обязательства по выплате страховщик вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения этого обязательства, но может его и исполнить. При этом произведенный платеж будет признан страховой выплатой.

Освобождение же от выплаты означает отсутствие обязательства. Это не означает, что страховщик не может заплатить, но платеж будет являться не страховой выплатой, а безвозмездной передачей имущества.

В практике отечественного страхования известны так называемые компромиссные выплаты, т.е. выплаты в ситуации, когда имеется сомнение в наступлении страхового случая, в размере убытков или в наличии оснований для освобождения от выплаты. Эти платежи также являются не страховыми выплатами, а безвозмездной передачей имущества.

 

Право страховщика отказать в выплате

 

Возможно ли в договоре предусмотреть право страховщика отказать в выплате? Когда речь идет об одностороннем отказе от исполнения обязательства, то в силу ст. 310 ГК РФ такая возможность может быть реализована только в отношении предпринимательских договоров. В иных случаях право должника в одностороннем порядке отказаться от исполнения обязательства может быть установлено только законом, но не договором. Другими словами, в случаях, когда договор не предпринимательский, право страховщика отказать в выплате, предусмотренное, например, в Правилах страхования, не может применяться. В отношении договоров с непредпринимателями страховщик получает право самому решить, отказать в выплате или не отказывать, только в случае, предусмотренном в п. 2 ст. 961 ГК РФ.

 

Освобождение страховщика от выплаты

 

Если речь идет о прекращении обязательства путем освобождения от выплаты, нет однозначного ответа на вопрос о возможности предусмотреть такие основания в договоре. Это связано с формулировкой п. 1 ст. 964 ГК РФ. Для иллюстрации проблемы нужно рассмотреть Постановление Президиума ВАС РФ (Постановление Президиума ВАС РФ от 23 июня 2009 г. N 4561/08) и тот судебный акт, который в порядке надзора рассматривался Президиумом (Постановление ФАС Поволжского округа от 23 октября 2008 г. N А49-3418/2007).

Страхователь оставил в машине регистрационные документы, с которыми она и была похищена, а в правилах страхования содержалось условие об освобождении страховщика от выплаты при хищении автомашины с документами. Суд кассационной инстанции оценил это условие следующим образом: "...по смыслу ст. 964 ГК РФ стороны в договоре могут предусмотреть обязанность страховщика выплатить страховое возмещение и при наличии указанных в ст. 964 ГК РФ обстоятельств, но не могут расширять данный перечень". Это толкование нормы п. 1 ст. 964 ГК РФ лично мне представляется верным, соответствующим буквальному прочтению данной нормы. Согласно этой своей позиции кассационный суд признал соответствующее условие правил ничтожным и взыскал со страховщика возмещение.

Однако Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ истолковал норму п. 1 ст. 964 ГК РФ так: "Диспозитивность формулировки статьи 964 Кодекса, непосредственно посвященной основаниям освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, позволяет сделать вывод, что такие основания сторонами в договоре могут быть предусмотрены. Исходя из принципа свободы волеизъявления при заключении договора это означает право сторон на установление в договоре иных, кроме предусмотренных законом, оснований освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, к каковым и относится согласованное сторонами по договору страхования возникновение ущерба вследствие хищения транспортного средства с регистрационными документами". На основе этого толкования суду надзорной инстанции следовало бы отменить решение кассационного суда и отказать страхователю в выплате, но, к моему удивлению, он этого не сделал, оставил кассационное Постановление в силе, обосновав это таким образом: "В данном случае суд кассационной инстанции обоснованно не признал наличие в автомобиле регистрационных документов обстоятельством, освобождающим страховое общество от выплаты страхового возмещения, поскольку наступление страхового случая не связано с нахождением в автомобиле документов и оставление их страхователем не способствовало совершению посторонними лицами кражи автомобиля".

Я так подробно цитирую эти судебные акты, поскольку в дальнейшем на это Постановление Президиума имеется много ссылок. Причем ссылаются и применяют именно толкование п. 1 ст. 964 ГК РФ как нормы, позволяющей устанавливать посредством заключения договора основания освобождения от выплаты.

Однако если толкование надзорной инстанцией нормы п. 1 ст. 964 ГК РФ можно понять, хотя я с ним и не вполне согласен, то понять позицию надзорной инстанции в вопросе о выплате я так и не смог, сколько ни размышлял над этим. Смысл, конечно, ясен: отказать в выплате можно лишь тогда, когда обстоятельства, по которым отказано в выплате, способствовали наступлению страхового случая, но откуда надзорная инстанция вывела это положение - совершенно не ясно.

В итоге, поскольку позиция Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ в отношении толкования п. 1 ст. 964 ГК РФ ясна, а в отношении выплаты нет, арбитражные суды стали ссылаться именно на п. 1 ст. 964 ГК РФ как на диспозитивную норму, предоставляющую возможность предусмотреть в договоре основания освобождения от выплаты (Определения ВАС РФ от 14 октября 2010 г. N ВАС-13494/10, от 4 октября 2010 г. N ВАС-10534/10). При этом в выплатах, как правило, отказывают, что является вполне последовательным применением данной нормы в таком ее толковании. Но имеются и судебные акты, в которых подтверждается толкование нормы п. 1 ст. 964 ГК РФ, данное Президиумом, но выплату взыскивают, несмотря на наличие условия освобождения от выплаты (Определения ВАС РФ от 1 ноября 2010 г. N ВАС-14096/10, от 3 августа 2010 г. N ВАС-10591/10, Постановление ФАС Московского округа от 1 апреля 2010 г. N КГ-А41/2048-10). В целом в настоящее время нет достаточной определенности в отношении позиции арбитражных судов в этом вопросе.

Необходимо отметить, что суды общей юрисдикции при этом более последовательны. Верховный Суд РФ истолковал текст нормы п. 1 ст. 964 ГК РФ как невозможность предусмотреть договором основания освобождения от выплаты и дал судам соответствующие разъяснения (Судебной практики по гражданским делам Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за четвертый квартал 2007 г., утв. Президиумом ВС РФ 27 февраля 2008 г.; Определение ВС РФ от 5 августа 2008 г. N 5-В08-53). И если до этих разъяснений Верховного Суда РФ практика была иной - договорные основания освобождения от выплаты применялись (Такой вывод можно сделать из Определений КС РФ от 21 октября 2008 г. N 698-О-О и от 15 июля 2008 г. N 562-О-О), то теперь эта позиция Верховного Суда РФ достаточно последовательно проводится судами общей юрисдикции (Определение Санкт-Петербургского городского суда от 13 сентября 2010 г. N 12579, Обзор кассационной и надзорной практики по гражданским делам за 2006 г. (подготовлен Пермским краевым судом 23 апреля 2007 г.)).

Таким образом, позиции двух высших судов по вопросу толкования нормы п. 1 ст. 964 ГК РФ и, соответственно, о возможности предусмотреть договором основания для освобождения страховщика от выплаты прямо противоположны.

Анализ этой проблемы с точки зрения целей правового регулирования страхования (общей для данной книги) приведен далее, так как этот анализ является одинаковым для всех случаев оснований для отказа в выплате, предусмотренных договором страхования.

 

Основание отказа в выплате как часть описания страхового случая

 

Норма ч. 2 п. 1 ст. 963 ГК РФ предусматривает, что наступление страхового случая по грубой неосторожности страхователя может являться основанием для освобождения страховщика от выплаты только в случаях, установленных законом. В российском законодательстве имеется единственная подобная норма закона - это ст. 265 КТМ РФ. Итак, нельзя договором предусмотреть такое основание для освобождения от выплаты, но очень хочется отказать в выплате, если страховой случай наступил вследствие грубой неосторожности страхователя. Поэтому страховщиками была разработана следующая конструкция. Грубая неосторожность страхователя включалась в правила страхования не в перечень оснований для отказа (освобождения) в выплате, а в исключения таких событий из состава страховых случаев. Нормы ст. 963 ГК РФ не подлежат в такой ситуации применению, так как они применяются, если страховой случай не наступил, а здесь отказ в выплате следовал из-за того, что не наступил страховой случай.

Судебная практика по-разному относится к подобным условиям правил страхования. Прежде всего следует выделить случаи, когда в состав описания исключения из страховых случаев грубая неосторожность страхователя включается дословно именно в такой формулировке. Именно так произошло в одном из дел. Судом было признано, что правило ст. 963 ГК РФ применяется и в данном случае (хотя, конечно, формально это и не так), и со страховщика было взыскано страховое возмещение (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 28 ноября 2003 г. N 75 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования" (п. 9)).

Поскольку данное дело попало в Обзор практики Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, страховщики, наученные этим опытом, стали поступать более осмотрительно. В состав исключений из страхового покрытия уже не включается категория "грубая неосторожность", но приводятся ее конкретные проявления. Например, указывается, что из состава страховых случаев исключаются повреждение имущества в результате пожара, если пожар был вызван нарушениями правил пожарной безопасности; повреждения автомашины при ДТП, которое произошло по вине самого страхователя; угон автомашины вместе с оставленными в ней регистрационными документами. И в таких ситуациях, как и в случае применения ст. 964 ГК РФ, позиции судов неоднозначны.

Так, в последнее время ни арбитражные суды, ни суды общей юрисдикции не признают, что угон машины с оставленными в ней документами может быть исключен из состава страховых случаев (Постановление ФАС Московского округа от 26 ноября 2010 г. N КГ-А40/14687-10; Постановление Президиума ВАС РФ от 23 июня 2009 г. N 4561/08; Определение ВС РФ от 24 июня 2008 г. N 2-В08-6; Определение Санкт-Петербургского городского суда от 20 декабря 2010 г. N 33-17231), хотя ранее позиции судов были не столь однозначны. Одним из аргументов, приводимых в пользу невозможности включать в описание страхового случая оставление в машине документов, является указание на то, что страховой случай - это объективно происходящее событие, и действия страхователя, оставившего документы в машине, не устраняют его объективности и поэтому не могут препятствовать признанию события страховым случаем. Последовательно продолжая это рассуждение, мы получим, что действия страхователя вообще не могут повлиять на квалификацию события в качестве страхового либо не страхового случая. Но если бы это было так, страхование ответственности вообще стало бы невозможным, так как при страховании ответственности страховой случай наступает исключительно вследствие действий страхователя и часто по его же вине. Также суды пишут, что угон не находится в причинной связи с оставлением документов в машине, но не ясно, как это соотносится с невозможностью включить данное обстоятельство в исключения из состава страховых случаев.

Дела с повреждением имущества при пожаре, вызванном нарушениями правил пожарной безопасности, разрешаются с гораздо меньшей определенностью, чем дела с оставлением документов в угнанной машине. В некоторых случаях суды признают, что нарушение правил пожарной безопасности может являться обстоятельством, исключающим событие из состава страховых случаев (Постановление ФАС Московского округа от 29 декабря 2008 г. N КГ-А40/12160-08; Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 24 мая 2010 г. N А13-13353/2009). Ссылка страхователя на ст. 963 ГК РФ отвергается указанием на то, что в данном случае речь идет не об основаниях освобождения от выплаты, а об отсутствии страхового случая. Ссылка же на позицию Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенную в упомянутом выше Обзоре, отвергается указанием на то, что речь идет не о грубой неосторожности вообще, как имело место в деле, рассмотренном в Обзоре, а о нарушении конкретных правил и норм. Формально, конечно, суды правы: нет никаких ограничений по включению в описание страхового случая тех или иных обстоятельств. Суды также указывают, что именно нарушения пожарной безопасности вызывают пожар, и поэтому данное условие правил страхования подлежит применению. Не ясно, чем различаются нарушение правил пожарной безопасности и оставление регистрационных документов в машине как обстоятельства, исключающие событие из состава страховых случаев. Однако есть много решений с противоположной позицией. В них дублируется позиция из Обзора Президиума ВАС РФ и со ссылкой на ст. 963 ГК РФ отвергается условие правил страхования об исключении из состава страховых случаев убытков, вызванных пожаром, произошедшим вследствие нарушений страхователем правил пожарной безопасности (Постановление ФАС Уральского округа от 7 февраля 2008 г. N Ф09-230/08-С5; Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 12 декабря 2007 г. N А82-2692/2007-11; Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 19 мая 2009 г. N Ф04-2238/2009(4650-А45-8)).

Наконец, в делах об исключении из состава страховых случаев ущерба при ДТП, виновным в котором является сам страхователь, в решениях судов также отсутствует единство позиций. В большинстве дел арбитражные суды не признают возможность исключить из состава страховых случаев ДТП, произошедшие по вине страхователя или его работников (Определение ВАС РФ от 27 февраля 2009 г. N 1464/09; Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 17 августа 2010 г. N А46-15094/2009). Но есть и другие дела (хотя их и немного), в которых такая возможность признается (Постановление ФАС Московского округа от 4, 9 июня 2007 г. N КА-А40/5013-07). Верховный Суд РФ занял в этом вопросе однозначную позицию - условие об исключении из состава страховых случаев ДТП, произошедших по вине самих страхователей по договорам страхования автокаско, ничтожно (Определения ВС РФ от 17 ноября 2009 г. N 5-В09-139, от 1 сентября 2009 г. N 5-В09-84), несмотря на то что суды низших инстанций занимали до этого иную позицию.

Подводя итог этому краткому обзору судебной практики, можно сказать, что определенность в позициях судов по некоторым из рассмотренных здесь спорных вопросов отсутствует, а там, где она есть, обоснование позиций судов, мягко говоря, не вполне ясно. Эта ситуация, к сожалению, сегодня типична для страховых споров, да и не только для них. Важнейшее свойство правовых норм - их определенность, однако сегодня возможность у участников оборота, получивших при необходимости юридическую консультацию, предвидеть последствия своего поведения отсутствует.

 

Договорные основания отказа в выплате и цели страхового права

 

Полагаю, все, что сказано выше, нельзя оставить без аналитического комментария.

Прежде всего следует сказать, что наличие различных юридических конструкций для оформления одного и того же фактического действия страховщика - отказа в выплате - ведет к путанице. Не ясно, зачем законодателю потребовалось вводить две разные конструкции - "право отказать в выплате" и "освобождение от выплаты". А раз цели этого не ясны, то вряд ли правоприменитель будет их различать. Эту путаницу легко устранить, либо исключив одну из данных конструкций из текста норм, либо прояснив, зачем нужны они обе.

Сложнее дело обстоит с возможностью предусматривать путем заключения договора различные основания отказа в выплате. Если законодатель по каким-то ему одному понятным причинам решил, что грубая неосторожность страхователя, приведшая к наступлению страхового случая, не может являться договорным основанием для отказа в выплате, он должен сделать соответствующую норму вполне определенной. Норма должна быть такой, чтобы у участников оборота не было возможности обойти это правило, просто используя другую правовую конструкцию. Норма п. 1 ст. 963 ГК РФ этому требованию не удовлетворяет.

Наконец, рассмотрю саму идею ограничить в определенных случаях возможность для сторон договора согласовывать некоторые основания отказа в выплате. Это очевидное вмешательство законодателя в свободу договора, ее ограничение. Любое такое ограничение должно обеспечивать достижение конституционно значимых целей, перечисленных в п. 3 ст. 55 Конституции РФ. Из всех этих целей единственной подходящей мне представляется "защита прав и законных интересов других лиц", но все же не вполне ясно, ради чьей защиты может вводиться ограничение для сторон договора страхования своим волеизъявлением определять перечень оснований для отказа в выплате.

Более того, договорные основания для отказа в выплате позволяют более гибко работать на рынке. Ведь страховка с меньшим количеством оснований для отказа должна стоить дороже страховки с большим количеством оснований для отказа. Это позволит страхователям самим выбирать себе страховку по своим финансовым возможностям, снизит давление неблагоприятного отбора, усилит конкуренцию на рынке.

Единственное возражение: страховщики будут пользоваться этой возможностью для получения необоснованной выгоды, недобросовестно включать в правила страхования дополнительные основания отказа в выплате, а цену страховки уменьшать не будут. Но эта проблема не решается с помощью императивных норм, ограничивающих свободу договора. Из названного выше Обзора практики хорошо видно, что подобные императивные нормы порождают лишь неопределенность и судебный произвол.

Борьба с недобросовестностью страховщиков на рынке должна вестись по-иному. Для этого необходимо, как уже говорилось в § 3 гл. 8 настоящей работы, разработать полноценную защиту от несправедливых (недобросовестных) условий договоров страхования. Другими словами, нужно предоставить судам и надзорным органам возможность контролировать дисбаланс интересов сторон договора страхования. В этом случае исчезнет необходимость в императивных нормах, подобных ст. ст. 963, 964 ГК РФ, практика перестанет быть казуальной и, надо надеяться, станет более предсказуемой.

Январь 2013 г.



Автострахование

Личное страхование

Страхование имущества

Страхование ответственности